Купить билет онлайн

Из собрания музея «Новый Иерусалим»

Икона. Спас Вседержитель с припадающими митрополитом Филиппом и патриархом Никоном. 1657 г.

Икона – выдающееся произведение, в котором наряду с высокими художественными достоинствами отразились идеи своего времени и конкретные исторические ситуации, связанные с личностью заказчика – патриарха Никона. Икона датирован по надписи на драгоценном окладе, который закрывал её фон и поля (оклад в настоящее время находится в реставрации). В надписи сказано, что образ написан «повелением и мздою» патриарха Никона в 1657 г. Мастерство исполнения и высокое положение заказчика дают основание считать, что образ был создан в кругу царских и патриарших мастеров. Изображение припадающих ко Христу фигур на иконе знаменательно. Митрополит Московский Филипп (в миру - Фёдор Колычев), принявший мученическую смерть в годы правления царя Ивана Грозного, был для Никона идеалом жертвенного пастырского служения. Никон проникся этим образом еще на Соловках, где волею судеб оказались останки Филиппа Колычева. В 1652 году мощи святителя были перевезены В Москву. Для патриарха Никона митрополит Филипп был еще и образцом созидателя, в годы игуменства которого были созданы многие технические чудеса Соловков.

Неизвестный художник. Патриарх Никон с клиром, начало 1660-х гг.

Уникальный памятник портретного искусства XVII в. – парсуна «Патриарх Никон с клиром» относится ко времени пребывания патриарха в Новом Иерусалиме. Это наиболее ранний из известных нам живописных портретов XVII века и единственный групповой портрет, созданный на русской почве. На парсуне патриарх Никон изображен стоящим на кафедре в полном облачении. Чуть ниже патриарха, в два ряда помещены фигуры монахов Воскресенского монастыря во главе с архимандритом Герасимом, управлявшим монастырём с 1658 до своей кончины в 1665 году. В иерархическом расположении персон, в плоскостности написания фигур проявляются традиции иконного письма. В то же время лица написаны без идеализации с присущей портрету индивидуализацией и даже некоторой передачей характеров. Следует отметить документальную точность в передаче деталей. Относительно авторства этого произведения, не имеющего аналогов в русской живописи, нет единого мнения. Его приписывали польскому, голландскому и немецкому мастерам. Сочетание в художественной манере неизвестного автора разных стилистических тенденций – и польской, и западноевропейской и традиционной для России иконописной – пожалуй, единственное, что можно сказать о нем утвердительно. Именно такой многосложной была культурная среда, сформировавшаяся в Новом Иерусалиме в 1660-х гг. Во время Великой Отечественной войны портрет получил значительные повреждения, впоследствии был отреставрирован.

Модель Храма Гроба Господня. Иерусалим, 1640-е гг.

Один из редчайших памятников связей России с христианским Востоком XVII в. В 1649 году Иерусалимский патриарх Паисий привез эту модель в Москву и подарил архимандриту Новоспасского монастыря - будущему патриарху Никону. Модель дала первое представление создателю Подмосковной Палестины об архитектурном облике главной святыни всего христианского мира Модели храма Гроба Господня, изготовлявшиеся францисканцами в Иерусалиме, стали распространяться по Европе с конца XVI столетия. Эти разборные модели делались из дерева оливы и кипариса инкрустировались перламутром и слоновой костью. Съемные детали позволяли увидеть интерьеры храма. Из всех подобных реликвий до нашего времени дошли единицы.

Евангелие напрестольное. – Москва, Печатный двор, 1689.

Евангелие представляет собой великолепный образец русского печатного дела конца XVII века. Это одно из двух изданий Московского Печатного двора этого периода в большой («александрийский» 66х45 см.) лист, с прекрасными гравюрами и роскошным орнаментом. В 1692 году в сентябре Евангелие было вложено сестрой царя Алексея Михайловича царевной Татьяной Михайловной в Воскресенский собор Ново-Иерусалимского монастыря, а в декабре 1693 года переложено в церковь Рождества Христова. Такая передача вклада внутри монастыря была связана с освящением в трапезной церкви Рождества Христова, в построении которой царевна принимала участие. Постраничная вкладная надпись была дополнена настоятелем архимандритом Никанором. Из неё мы узнаём о том, для чего предназначались палаты, примыкающие к храму. В центральной палате совершались церковные службы. В северной палате трапезничали насельники обители, а в южной «разных чинов люди». Из этой же надписи следует, что братии в монастыре было не менее 200. Оклад Евангелия медный с серебряными деталями.

Дарохранительница. 1760 г.

Серебряная, вызолоченная, с серебряными литыми деталями изготовлена московскими ювелирами для главного престола Воскресенского собора, интерьеры которого в середине XVIII столетия, в царствование императрицы Елизаветы Петровны получили роскошное убранство в стиле барокко. Стены храма украсили причудливые картуши, горельефные головки херувимов, цветочные гирлянды. В этом же стиле выполнялась и многочисленная утварь для обновлённого храма и роскошные облачения для клира. Владимирская икона Богоматери. Мастерская царицы Евдокии Лукьяновны 1630-1640-е годы Памятник русского шитья и одна из почитаемых реликвий Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря. Икона является точной копией знаменитого чудотворного образа – иконы XII века работы византийских мастеров (хранится в Третьяковской галерее) . Создатели шитого образа с удивительной точностью перенесли на ткань основные линии живописного изображения, повторив все его особенности. Точность воспроизведения линейной основы композиции, сплавленность мелких стежков, направлением которых лепится форма ликов и рук, позволили в технике гораздо более условной, чем иконопись, приблизиться к передаче невыразимого словами состоянию внутренней сосредоточенности, которое присуще прославленному прототипу. Первоначально икона была украшенная жемчугом и драгоценными камнями, который потеряла уже к 1685 году. Драгоценный «приклад» был с неё снят и «переделан в иные утвари», что не является редкостью для того времени. Икону монастырское предание связывает с именем царевны Татьяны Михайловны. Возможно, она оказалась в Воскресенском монастыре благодаря этой верной покровительнице монастыря. В XIX веке, заключенный в раму со стеклом шитый образ находился на северной стене придела Усекновения главы Иоанна Предтечи, напротив погребения патриарха Никона.